«Липа» в действии – криминальные аргументы Виктора Морозова.

Откровенно поддельные решения суда – для России все-таки редкость. Бывают решения неправосудные, бывают спорные. Но чтобы откровенная «липа», проведенная «по архиву» и выдаваемая за реальное решение, за подписью еще живого, хотя и отставного судьи – это откровенный криминал на который решаются только самые «отмороженные» представители преступного мира. Дело даже не в том, что такие подделки затрагивают судьбы людей, отношения собственности и достаточно крупные деньги. Важно то, что уровень презрения к закону, в отдельных случаях, становится совершенно недопустим. Таким уровнем вполне могут похвастаться руководитель интеллектуально-финансового ОПС Виктор Морозов и его младший партнер Владимир Быковников.

В результате безнаказанных афер с углем, грабежом государственных банков и криминального разорения предприятий на территории РФ, Виктор Морозов начал чувствовать себя практически неуязвимым. Непомерное честолюбие создает иллюзию величия, в которой он приравнивал себя к членам советского правительства или партийный функционерам КПСС. Не получив при Советском союзе свою долю почестей и номенклатурных привилегий, Виктор Морозов решил взять их себе уже в современной России. Только вследствие этого он решился ограбить АО «Мосдачтрест»  и прибрать к рукам один из ее объектов стоимостью 200 млн. рублей, расположенную в особо охраняемой столичной зоне Серебряный бор.

Экспертизу подделки, которая легла в основу этой самой глупой аферы Виктора Морозова, по требованию следователя, провел московский Экспертно-криминалистический центр МВД РФ еще в марте-июле 2015 года. Привлекаемые к экспертной работе сотрудники, помимо высшего юридического образования, обычно имеют высшее специальное образование по теме «Судебная экспертиза» с квалификацией «Судебный эксперт», а также большой опыт практической работы по направлениям «судебно-почерковедческая экспертиза» и «технико-криминалистическая экспертиза документов».  Квалификация судебных экспертов обычно не вызывает сомнений, в том числе и потому что они действуют в полном соответствии с ФЗ №73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской федерации», который и определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве. По сути, каждый свой вывод они могут доказать с опорой на факты.

В случае Виктора Морозова экспертизу проводили в два этапа. В марте 2015 года, старший эксперт ЭКЦ Иванова Л.А. составила свое заключение №450. В июле 2015 года, заместитель начальника 9-го ЭКЦ  Дмитрий Гавриленко провел еще одну серьезную работу и предоставил следствию дополнительное заключение эксперта 12/9-112 от 09 июля 2015 года. Проведение основного и дополнительного исследования объяснялись необходимостью в получении категоричного вывода о подлинности подписей на судебном решении. Можно сколько угодно обвинять правоохранительные органы в медленном темпе работы, но в последовательности и тщательности работы им отказать трудно.

Основной вопрос, вынесенный на экспертизу 9-го ЭКЦ  заключался в следующем – выполнена ли подпись в графе «председательствующий», на предоставленном в рамках уголовного дела №386612 судебном решении Центрального районного суда г. Кемерово по делу 12613/99 от 10.12.1999 по иску Владимира Быковникова к Виктору Морозову и ОАО «Мосдачтрест» по взысканию суммы целевого займа и понуждению к исполнению договора, судьей Центрального районного суда г. Кемерово Вячеславом Дощициным. Напомним, что именно эта «бумажка», гордо именуемая Виктором Морозовым судебным решением, послужила основанием его аферы. И продолжает таковой оставаться, несмотря на заявления самого судьи Дощицина, ныне пенсионера судебного корпуса, о том, что подобное дело он никогда не рассматривал и его подпись совершенно точно выполнена другим лицом.

Деятельность государства в защите попранных прав граждан или юридических лиц не всегда молниеносна. В очевидных случаях – например, когда преступник схвачен на месте преступления или на него однозначно указывают граждане, особенно при совершении насильственных преступлений – все происходит очень быстро и по заведенной процедуре. Так, подозреваемый изолируется от общества и начинается разбирательство. В случае экономических преступлений, где сложность их выполнения и доказывания весьма высока все не так быстро и, к сожалению, не так однозначно. Хищения чужой собственности происходят несколькими росчерками пера, часто сопровождаются значительными суммами для «закрепления» афер на их ключевых юридических точках – деньги уходят продажным «оборотням в погонах». Именно поэтому, казалось бы, очевидные вещи, подлежат доказыванию по сложной, но установленной процедуре. Экспертиза предъявленного Виктором Морозовым «судебного решения» проходила этим же установленным порядком в рамках возбужденного уголовного дела. И мало кого в следственной группе волновал ущерб, уже нанесенный и ежедневно наносимый им АО «Мосдачтрест» путем бесплатного пользования собственностью этой компании – так никого же не убили, никто с окровавленными руками не бегает. А что до ущерба – разберемся граждане. Не спеша.

Изготовитель фальшивых документов в криминальном мире называется «маклер». Эти люди создают бумаги «под ключ», включая аутентичные бланки и подписи должностных лиц, требуемые оттиски печатей. Учитывая криминальные связи Владимира Быковникова и Виктора Морозова, в момент честолюбивого приступа последнего, был найден криминальный специалист который и произвел на свет поддельное решение Кемеровского суда. Точность выполнения документа была соблюдена – был использован типографский бланк с выходными данными «КемПК, 1999, зак. №2185, тир. 200 000». В соответствующих строках на лицевой и оборотных сторонах документа выполнен печатный текст при помощи «…знакосинтезирующего печатающего устройства красящим веществом серого цвета». Маклер выполнил все нужные надписи, нанес печати и штампы фиолетового цвета. Все было выполнено по требуемым стандартам такого рода документов, сам бланк был нужного образца.

Применив микроскоп Leica MZ 12,5, а также видеоспектральный компанатор Ducocenter 3000, эксперты ЭКЦ, дважды, независимо друг от друга, тщательно проверили исследуемую подпись якобы оставленную судьей Дощициным. При огромном увеличении, экспертам не составило труда установить, что подпись на решении «выполнена со средним темпом, с замедлением в начальной части подписи, с простым конструктивным строением и преобладающим движением прямолинейно-дугового типа». Но нарушенная координация движений свидетельствует о выполнении данной подписи под воздействием посторонних «сбивающих» факторов». Обычно так бывает когда эта подпись – чужая, и выполняется хоть и профессионалом, но «на лету», торопливо и на глазок. Судья Дощицин, судя по его аутентичной подписи, также исследованной экспертами ЭКЦ, привык расписываться движением высокой степени выработанности, с высокой координацией движений, в быстром темпе без замедлений. Строение подписи Дощицина, вышедшей из-под его пера – простое, с правым наклоном и средним нажимом. Таких подписей Дощицин поставил миллионы и выработка своего автографа, закреплявшего людские судьбы, была выработана до автоматизма. Вот только в случае решения, предъявленного Виктором Морозовым, подпись на документе принадлежит не ему.

На нескольких страницах экспертных заключений, специалисты ЭКЦ рассмотрели множественные признаки, характеризующие исследуемую подпись и группу образцов подписи Дощицина, представленных в качестве примера. При оценке результатов сравнительного исследования установлено, что все различающиеся признаки устойчивы, существенны  и в своем объеме достаточны для вывода о том, что подпись под «судебным решением» выполнена не судьей Вячеславом Дощициным а другим лицом. Внешнее сходство подписей никак не влияет на глубинную суть подделки в графе «председательствующий» поддельного решения суда г. Кемерово.

Доказывание аутентичности или подложности подписи основано не только на опыте экспертов, сколько на научном подходе. Существующие монографии «Почерковедение и почерковедческая экспертиза» к.ю.н. В.В. Сорокина, «Почерковедческая экспертиза» Л.А. Винберга и М.В. Шванкова изданная МВД еще в 1977 году, спецлитература «Судебно-экспертное исследование современной подписи» А.В. Пахомова и Л. А. Сысоева, изданное ЭКЦ МВД в 2007 году, позволяют найти ответы на практические вопросы следствия – кем была выполнена та или иная подпись в материалах уголовного дела. Почерковедение — это наука с давней историей, поскольку одним из существенных свойств личности является почерк. И дать ответ о принадлежности таковой подписи тому или иному лицу задача судебной экспертизы Российской Федерации.

Вывод дополнительной экспертизы логичен и прост – подпись в  строке «Председательствующий» решения Центрального районного суда г. Кемерово по делу № 12613/99 от 10.12.1999 выполнена не судьей Дощициным Вячеславом Петровичем а другим лицом с подражанием подписи Дощицина В.П. По сути это решение – подделка. Изготовление и использование этого поддельного документа – тоже тяжкое правонарушение, которое повлекло за собой ущерб в особо крупном размере. На этот убойный аргумент Виктор Морозов ответил известным ему способом – коррумпированием сотрудников правоохранительных органов, с целью замедлить и без того проигрышное уголовное дело. И, к сожалению, пока ему это удается. Ненадолго.