Престарелый «номинал» в махинациях «комитетчиков»

Попытка использовать в откровенно криминальной сделке легализации имущества, полученного преступным путем, «третьего лица» – это попытка удачно завершить изначально криминальное предприятие. Продажа похищенного имущества «добросовестному приобретателю» – небольшой, но все-таки шанс для преступников на получение долгосрочного контроля над собственностью, которая похищена у законных владельцев. Ведь по закону добросовестным считается приобретатель, который не знал и не мог знать, что он приобрёл имущество у лица, которое не вправе было его отчуждать. В случае с ворованными у стариков или алкоголиков квартирами  таким приобретателем выступают один или несколько членов банды (продаж бывает не одна в 2-3-4). А вот конечный покупатель – уже обычное, ничего не подозревающее лицо. Которое, часто, в итоге хорошо проведенного расследования по уголовному делу все-таки лишается и своих денег и объекта недвижимости, который он приобрел у мошенников. Но когда за дело берутся неудачливые комитетчики, типа Виктора Морозова и его младшего партнера Владимира Быковникова, «добросовестным» становится так называемый доверенный дроп – подставное лицо, временный «держатель актива». Экономя деньги и веря в свое безграничное умение обмануть правоохранительные органы, Морозов и Быковников поленились даже правильно осуществить сделки для прикрытия своей криминальной активности. Конечно, по итогам расследования уголовного дела все они будут аннулированы.

Применение  подставных лиц при ведении бизнеса или в сомнительных сделках — примета России с начала 90х. Даже у «цеховиков» 70-х — 80-х было развито стремление «не высовываться», и они привлекали с подобной целью доверенных родственников или хороших знакомых, оформляя на них свои «лишние» квартиры и машины, которые в таких количествах нельзя было иметь советскому человеку. Но глобальных масштабов применение подставных лиц достигло с началом 90х годов — как в России, так и за рубежом. Достаточно упомянуть, что специально для клиентов из России, регистраторы всех оффшорных (Белиз, Сейшелы, Британские Виргинские острова) и специальных зарубежных юрисдикций (Кипр) предлагали услуги «номинальных» владельцев и директоров. Граждане этих стран, особенно Кипра, с удовольствием становились владельцами сотен компаний, реальные бенефициары которых не желали раскрывать свои имена ни в публичном ни даже в закрытом регистре. Частным случаем применения подставных лиц стали так называемые «дропы» — люди, используемые для совершения противозаконных действий в качестве подставных лиц. Нередко можно встретить подобные предложения на различных форумах, досках объявлений как от тех кто предлагает услуги таких лиц, так и от тех кто в них нуждается. Но высший пилотаж  — самостоятельный поиск дропов, их вербовка и применение. Именно этим занимались Виктор Морозов и Владимир Быковников во всех своих аферах, в том числе и в отношении имущества АО «Мосдачтрест».

Юрий Иванович Тарасов появился в ОПС  в результате применения Виктором Морозовым  знаний, полученных им при подготовке в органах государственной безопасности. Всем курсантам обязательно рассказывают методику привлечения к сотрудничеству. Будучи откровенным троечником, г-н Морозов, тем не менее, вспоминал преподанные много лет назад азы и применял их в повседневной криминальной активности. Преподаватели спецслужб рассказывали курсантам, что методика привлечения к сотрудничеству многообразна, и не стоит увлекаться, приобретая информаторов только за деньги или шантажируя их собранным компроматом. Например, человек с сильной нервной системой, которого «сломали» на компромате, как жертва насилия будет подсознательно жаждать реванша и, что вполне возможно, однажды его возьмёт.. Человек со слабой нервной системой может выдать на такой «жесткий» вербовочный подход неадекватную реакцию. Преподаватели обращались к богатому опыту Комитета госбезопасности СССР, в котором непредвзятый анализ показывает, что подавляющее большинство его негласных сотрудников работали по идейным, положительно эмоционально окрашенным соображениям. Вторую по значимости группу держали на компромате. И только самый мизер составляли те, кто откровенно требовал за свою работу денег (они, кстати, были самыми ненадежными партнерами). Однако идеализировать «идейные» источники также не стоит. Доверительный помощник, который работает только из идеологических соображений, может под влиянием каких-нибудь психологических факторов изменить принятое решение о сотрудничестве. Считая себя добровольцем, он полагает, что в любой момент может от него отказаться. Кстати говоря, «идейные» мотивы для сотрудничества могут быть самыми разнообразными и иногда сводятся к природной склонности человека к болтливости, интригам или доносительству. Одним из побудительных мотивов к доверительному сотрудничеству может стать месть. На слабости к значительности и честолюбию г-н Морозов и «вербанул» дропа Тарасова Юрия Ивановича. Впрочем, Морозов помнил как обсуждая подобные проблемы, большинство преподавателей спецшколы в области разведки и контрразведки высказывали  мнение о необходимости комплексного подхода в работе с источниками конфиденциальной информации: плохо, если агент работает только за деньги, но и бескорыстие агента тоже должно иметь свои пределы. Именно поэтому Юрий Тарасов получал за свои услуги и немалый гонорар.

Родившись 31.07.1939, уже в преклонном возрасте — более 70 лет — Юрий Тарасов наконец смог почувствовать свою значимость от сотрудничества с ОПС Виктора Морозова. Этого ему так не хватало в компании-лохотроне ЗАО «Инвестиционная компания «ЮНИТИ ТРАСТ» (ИНН 7713301476), преобразованной затем в ОАО «Брокерский Дом «ЮНИТИ ТРАСТ» (ИНН 6454014608)  где он работал одним из заместителей зицпредседателя Алексея Воробьева, контролируя «развод лохов» на брокерское обслуживание, маржинальную торговлю и депозитное обслуживание. Эта современная форма финансовых преступлений, очень похожая на аферу Sky Way, аккумулировала денежные средства своих клиентов на собственном счету, делая вид что те приобретают акции известных компаний и корпораций. Однако, когда дело доходило до выплат в пользу клиентов, то денег у «брокера» почему-то не оказывалось и все портфели инвесторов обнулялись. Жажда признания жила в Юрии Ивановиче еще со времен работы в «прибитом» по решению суда ОАО КБ «МОСТ-БАНК», из службы безопасности которого Юрию Тарасову пришлось уволиться в 2005 году. Но в связи с реорганизацией брокерского лохотрона, места Юрию Тарасову более не нашлось и он подался «на вольные хлеба», где и, через общих знакомых, нашел контакт с Виктором Морозовым. Благо, Тарасову нужны были деньги, а г-ну Морозову — подставное лицо для его махинаций.

После организации сотрудничества Юрий Тарасов смог выбить из своего «компаньона» небольшую помощь бизнесу своего сына – Игорю. Расставшись с бурным прошлым в виде судимости за валютные операции в далеком 1991 году и получив урок на всю жизнь он, тем не менее, был задержан 31м отделом ДПС за управление автомобилем в состоянии опьянения. «Отмазали» его и от этой напасти и с тех пор Игорь Тарасов стал почетным дропом группы организаций. ООО Горстрой СК (ИНН 7723900817), ООО «РОНИТИ Коммуникации» (ИНН 7714146819) и ООО «БФК Аудит» (ИНН 7714138952) лишь неполный список компаний, где Игорь Тарасов выполнял представительские функции номинального учредителя и генерального директора. Благо, собственники компаний предпочитали оставаться в тени, выдвигая на первый план Игоря Юрьевича. Головокружение «от успехов» иногда выражалось в пьяных дебошах, но с 1999 года, когда Игорь Тарасов был «принят» ППС в тогда еще существовавшей гостинице «Россия» после очередного подобного мероприятия, он более не попадался и предпочитал сразу «решать вопрос» на месте. Давно уничтоженные ТОО ТД «Гранд» (ИНН 5902114990), ТОО ЭСКОНТИ (ИНН 7715021964), АОЗТ Такт (ИНН 7736070627) и многие другие компании принесли Игорю Тарасову некоторую репутацию «ручного дропа» — ему стали поручать более долгосрочные проекты. Впрочем, контролирующие его работодатели прекрасно знали о пагубных пристрастиях своего подчиненного к легким наркотикам и шумным алкогольным вечеринкам. Но это не слишком мешало его производственной деятельности — в нужное время он бывал трезв, побрит и благоухая Serge Lutens’  он регулярно появлялся в банках для получения крупных сумм «под отчет». Помощь родителя выражалась в мудрых советах и трудоустройстве  на нелегкую работу номинального держателя активов.

Под конец своей трудовой карьеры Юрий Тарасов решил поучаствовать и в деле Виктора Морозова. Этим делом, с крупным гонораром и ежемесячной платой «за молчание», был проект грабежа АО «Мосдачтрест». Честолюбивому Виктору Морозову еще вначале 2000х захотелось жить как жили партийные руководители Союза, на даче в Серебряном бору. Презрев товарно-рыночные отношения с арендодателем его скромного бунгало, он легко решился на откровенный криминал – предварительно арендовав его  у АО «Мосдачтрест», за жалкие 10 кусков «зелени» в год, захватил дачку поддельным решением Кемеровского суда чтобы «отжать» всю недвижимость себе любимому. В этой схеме роль добросовестного приобретателя, получившего тот самый участок с дачей по адресу г. Москва, ул. Таманская, д. 55А и сыграл Тарасов Юрий Иванович. Выражаясь языком протокола, между датой хищения Владимиром Быковниковым, по приказу Виктора Морозова, дачного строения в оконченном виде (14.11.2011) и датой заключения договора купли-продажи между Быковниковым В.А. и Тарасовым Ю.И. (29.11.2011) прошло всего 15 дней. Сумма сделки составила 15 миллионов рублей, что в ценах 2011 года — 500 тысяч долларов США, которые якобы и уплатил Юрий Тарасов Владимиру Быковникову. Разумеется, никаким легальным собственником ни участка ни дачи по адресу г. Москва, ул. Таманская, д. 55А Быковников не был, и присвоил его себе путем предъявления  фальсифицированного решения суда. А потом  продал его уже известному нам Юрию Тарасову, «добросовестному приобретателю» похищенного имущества.

Дальше все было просто. Через месяц Юрий Тарасов продает дом  оффшорной  компании с Британских Виргинских островов — ENOLA HOLDINGS LIMITED, которая, как уже известно, активно применялась Виктором Морозовым для зарубежных махинаций и вывода средств. И, конечно же, Виктор Морозов — один из владельцев  ENOLA HOLDINGS LIMITED. По сути, схема была закончена — недвижимость похищена и «перевешена» на подконтрольную лидеру ОПС Виктору Морозову компанию через промежуточную сделку купли-продажи, которая тут же сдала её лично ему в аренду за доллар в год.

Неудивительный факт — за все время «владения» зданием на Таманской 55А Юрий Тарасов даже ни разу там не был. Правда и владел-то он им недолго — всего около месяца. Второй неудивительный факт — поскольку Юрий Тарасов владел недвижимостью менее трех лет, то на этот раз с 3 млн. руб. (разницей между ценой покупки и продажи) он заплатил налог в 13%. Впрочем, это вполне допустимая цена для прикрытия махинаций.

Принцип «не гадить где живешь» не для Виктора Морозова. Постоянно осуществляя криминальные схематозы, он не смог, как ему казалось, отказать себе в удовольствии «спереть по-мелочи». Правда эти мелочи — участок и дача по адресу г. Москва, ул. Таманская, д. 55А — в реальности стоят около 200 миллионов рублей. Давно, будучи долларовым мультимиллионером, из-за своего тщеславия и непомерной гордыни а также весьма развитой скупости, вместо покупки дома и земельного участка на Рублевке, как это делают все нувориши, Виктор Морозов пожелал ассоциировать себя чуть не с политбюро — дача в черте Москвы, в Серебряном бору, в старые времена, при Сталине, носила сугубо государственный характер. Так и говорилось: у такого-то госдача в Серебряном бору. Там подолгу жили члены советского правительства и партийное руководство. Но красный командир Косиор, затем члены правительства — Каганович, Ворошилов, даже советский тенор  Сергей Яковлевич Лемешев не воровали участки выделенных дач, а пожив там некоторое время — благостно меняли место жительства. Пребывание в Серебряном Бору значило, что руководящий товарищ в почете и в силе. Но Виктор Морозов, уже в современной России, пожелал остаться там навсегда — известным ему криминальным путем. Ненадолго.